Нижегородский областной суд г. Арзамаса
г. Арзамас, ул. Калинина, 29
Истец: Самолётов Илья Леонидович
Адрес проживания: Особняк семьи "Muver family" № 23,
Нижегородская обл., пос. Бусаево, ул. Садовая, 4
Контактный телефон: Отсутствует
Ответчик: Военнослужащий Нижегородского военного гарнизона (НВГ)
гвардии сержант Контрактов
Контактный телефон: Неизвестен
АДМИНИСТРАТИВНОЕ ИСКОВОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ
о признании незаконными действий должностного лица
Основания искового заявления:
10 января 2026 года в период времени с примерно 11 час. 10 мин. по местному времени по 11 час. 25 мин. по местному времени я, Самолётов Илья Леонидович, находился в служебном автомобиле марки Scoda Octavia с государственным регистрационным знаком "P0046 | 152", принадлежащем ГАИ по Нижегородской области, около КПП-1 Воинской части. Прибыв к КПП ВЧ с целью вызвать экипажи ГАИ на сопровождение военной колонны, я на непродолжительное время задремал за рулем указанного служебного автомобиля. Проснувшись, я увидел пятерых лиц, одетых в форменную одежду военнослужащих Нижегородского военного гарнизона (далее по тексту - НВГ), один из которых, не представившись мне, обратился ко мне с вопросом, цитирую "Почему мы Федеральное постановление нарушаем?", цитата окончена. Понимая, что, возможно, военнослужащий намерен развязать конфликтную ситуацию, будучи профессионалом в области юриспруденции я потребовал военнослужащего назвать себя, спросив, кто он. Лишь после этого военнослужащий назвал себя, представившись гвардии сержантом Контрактовым. Ввиду того, что данный военнослужащий невнятно назвал свои воинское звание и фамилию, я стал обращаться к нему как к младшему сержанту, на что военнослужащий в дерзкой форме стал с утвердительной интонацией переспрашивать меня, каким званием я его назвал, спрашивая "Я младший сержант?". Когда я переспросил кто он, военнослужащий отказался повторно назвать себя и представиться мне, тем самым, совершая, по моему мнению, преступление, предусмотренное ст. 21 УК Нижегородской области. Затем я, не желая поддерживать конфликтную ситуацию, нормально начал отвечать на вопрос военнослужащего, однако тот перебил меня, не дав завершить свою мысль. Я в настойчивой форме с повышением тона разговора, что было необходимо для того, чтобы быть услышанным, полностью соблюдая субординацию, потребовал не перебивать меня, а выслушать до конца мой ответ. Испытывая сильное эмоциональное состояние, вызванное наличием рядом еще 4-ех военнослужащих, два из которых, по моему мнению, необоснованно держали оружие в открытом виде прямо передо мной, я сообщило том, что рядом с территорией Воинской части на протяжении минут 3-ех висел активный сигнал срочной помощи от сотрудников ГАИ, также сообщив, что, цитирую себя "Ни одна скотина не вышла". Указанный в качестве ответчика военнослужащий, додумав, что данное высказывание было адресовано в адрес военнослужащих воинской части, и посчитав мои слова "оскорблением военнослужащих", произнес первое "законное требование", сказав мне, чтобы я "вылез из машины". Я, игнорируя Контрактова ввиду того, что я еще не договорил свою мысль, спровоцировал, по видимому, другого военнослужащего, его позывной "Каратель". Тот вмешался в наш диалог с Контрактовым и потребовал выйти из машины. Принимая во внимание полномочия военнослужащих НВГ и осознавая, что полномочий требовать кого-либо покинуть транспортное средство, в котором лицо находится, у них нет, что прямо следует из Федерального закона "О военной службе" №5-ФЗ, я дал понять военнослужащим, что выполнять их требование я отказываюсь и во избежание незаконного применения ко мне физической силы, а также приняв как реальную угрозу военнослужащего о том, что он "будет меня выкидывать", отъехал от негативно настроенных по отношении ко мне военнослужащих. Затем военнослужащий "Каратель" обнажил огнестрельное оружие "СВД-ПСО" и нацелился, как мне показалось, на мое служебное транспортное средство, после чего произвел как минимум два выстрела, однако ни по транспортному средству, ни по мне не попал. После всего этого я пытался всячески не допустить незаконного применения военнослужащими в отношении меня физической силы и специальных средств, на что, исходя из положений №5-ФЗ, военнослужащие также неуполномочены. Наконец я остановился, ко мне подошел тот самый военнослужащий Контрактов и сообщил в утвердительной форме "Вы нас назвали козлами", полагаю, имея в виду военнослужащих. Данного высказывания в ходе разговора с военнослужащими я не допускал и не допустил бы никогда, какими бы некомпетентными они, по моему мнению, небыли. Я переспросил Контрактова, утверждает ли он, что я назвал их козлами, на что он ответил "Да".
Таким образом, по моему мнению, военнослужащий НВГ, гвардии сержант Контрактов, совершил преступление, предусмотренное ст.14 УК Нижегородской области, то есть в присутствии третьих лиц - иных военнослужащих НВГ, сотрудников ГАИ и, как минимум, одного гражданского лица - заявил о том, что я оскорбил военнослужащих НВГ, назвав их козлами, что прямо противоречит действительности и негативно сказалось или могло сказаться на моей профессиональной репутации, опорочило мои честь и достоинство не только как сотрудника ГАИ по Нижегородской области, но и как гражданина Нижегородской области.
Прошу суд:
– Признать действия ответчика, гвардии сержанта Контрактова, незаконными; признать Контрактова виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 14 УК Нижегородской области, то есть в клевете на меня, которое, по моему мнению, имело место, привлечь данного военнослужащего НВГ к дисциплинарной и уголовной ответственности в соответствии с законодательством Нижегородской области.
– Обязать Контрактова компенсировать причиненный мне материальный ущерб, выплатив денежную сумму в размере 500 000 рублей.
К административному исковому заявлению прилагаю:
— Копию паспорта гражданина Нижегородской области: *Документ*
— Видеозапись с нагрудной камеры DOZOR сотрудника ГАИ по Нижегородской области: *Доказательство*
Дата: 12 января 2026 года
Подпись истца:  |