В Нижегородский областной суд
Нижегородская область, г. Арзамас, ул. Калинина, д. 29
Истец: Лисичкин Сергей Андреевич, 40-90
Ответчик: начальник СУ ФСБ Бунин Степан Алексеевич, 638-836
Нижегородская область, г. Арзамас, ул. Калинина, д. 29
Истец: Лисичкин Сергей Андреевич, 40-90
Ответчик: начальник СУ ФСБ Бунин Степан Алексеевич, 638-836
ИСКОВОЕ ЗАЯВЛЕНИЕ № 2267
о преступлениях
о преступлениях
21 сентября 2026 года начальником Следственного управления ФСБ по Нижегородской области Буниным Степаном Алексеевичем в отношении меня, Лисичкина Сергея Андреевича, было возбуждено уголовное дело.
В оригинале постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 21.09.2026, составленном в 01 час 19 минут и находящемся в материалах уголовного дела Следственного управления ФСБ, в п. 1 постановляющей части указано о возбуждении уголовного дела в отношении меня по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 56 УК (Приложение 1).
Согласно ч. 1 ст. 56 УК уголовная ответственность наступает за неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло причинение ущерба либо нарушение охраняемых законом прав и интересов.
При этом в постановлении Бунина С. А. не указано, неисполнение или ненадлежащем образом исполнение какой должностной обязанности было совершено мною, в чём выразилось моё недобросовестное или небрежное отношение к службе, какой предусмотренный ч. 1 ст. 56 УК ущерб был причинён и какая причинная связь существует между предполагаемым ненадлежащим исполнением обязанности и наступившими последствиями. В постановлении указано лишь утверждение о совершении мною действия, якобы выходящего за пределы должностных полномочий, и ссылку на признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 51 УК.
Таким образом, постановляющая часть документа не соответствует его описательной и мотивировочной частям, а в самом постановлении отсутствуют данные, указывающие на наличие в моих действиях признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 56 УК.
Согласно ч. 2 ст. 48 УПК основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. В соответствии с ч. 1 ст. 52 УПК руководитель следственного органа обязан проверить сообщение о преступлении. На основании ч. 3 ст. 6 УПК постановления руководителя следственного органа должны быть законными, обоснованными и мотивированными.
Кроме того, п. 4 ч. 4 ст. 54 УПК обязывает указывать в постановлении пункт, часть и статью УК, на основании которых возбуждается уголовное дело.
Следовательно, до принятия процессуального решения Бунин С. А. был обязан проверить наличие всех признаков предполагаемого преступления, правильно определить квалификацию деяния и вынести законное, обоснованное и мотивированное постановление. Указанные обязанности Буниным С. А. надлежащим образом исполнены не были.
Несмотря на отсутствие в постановлении сведений о признаках халатности, Бунин С. А. возбудил в отношении меня уголовное дело по ч. 1 ст. 56 УК, вследствие чего я приобрёл процессуальный статус в виде подозреваемого.
В дальнейшем уголовное дело было переквалифицировано в дисциплинарное делопроизводство. Решением Бунина С. А. от 21.09.2026 уголовное преследование было прекращено, уголовное дело закрыто, а в отношении меня применено дисциплинарное взыскание по ст. 4.1 ОУГ в виде одного письменного выговора с занесением в личное дело (Приложение 2). В указанном решении Бунин С. А. также указал, что дисциплинарное производство осуществлялось «по факту смягчения наказания за совершённое преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 51 УК».
Указанная формулировка фактически утверждает совершение мною преступления, несмотря на отсутствие вступившего в законную силу обвинительного приговора суда, что противоречит ч. 1 ст. 10 УПК.
После применения дисциплинарного взыскания я лично обратился к Бунину С. А. у здания УФСБ и потребовал предоставить возможность ознакомиться со всеми документами и материалами производства, непосредственно затрагивающими мои права и свободы (Приложение 3).
Бунин С. А. разъяснил причину взыскания и предъявил на экране служебного КПК исключительно постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 21.09.2026 (Приложения 1, 3).
С материалом, послужившим поводом для возбуждения уголовного дела, приложенными доказательствами, иными документами и итоговым решением по уголовному и дисциплинарному производству Бунин С. А. меня не ознакомил (Приложение 3).
На момент моего обращения уголовное преследование уже было прекращено, уголовное дело закрыто, предварительное следствие окончено и итоговое решение о применении дисциплинарного взыскания принято (Приложение 2).
Согласно ч. 2 ст. 14 Конституции органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом.
Запрошенные документы непосредственно затрагивали мои права и законные интересы, поскольку послужили основанием для возбуждения в отношении меня уголовного дела, осуществления уголовного преследования и применения письменного выговора с занесением в личное дело (Приложения 1, 2, 4).
Применение письменного выговора повлекло ухудшение моего служебного положения и уменьшение размера получаемой мною почасовой заработной платы (Приложения 4, 5).
В соответствии со ст. 21 УК неправомерный отказ должностного лица в предоставлении собранных в установленном порядке документов и материалов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина, а равно предоставление неполной либо заведомо ложной информации, если указанные действия причинили вред правам и законным интересам гражданина, образует состав уголовного преступления.
Таким образом, предъявление только одного документа при наличии прямого требования об ознакомлении со всеми материалами производства даёт основания полагать, что Буниным С. А. мне была предоставлена неполная информация, непосредственно затрагивающая мои права и законные интересы.
В предъявленном мне постановлении о возбуждении уголовного дела в п. 1 постановляющей части указана ч. 1 ст. 56 УК (Приложения 1, 3).
Однако в материалы административного дела № 2265 Бунин С. А. представил копию постановления с теми же датой, временем, местом составления и иными реквизитами, но с указанием в п. 1 постановляющей части ч. 1 ст. 51 УК (Приложение 6).
Таким образом, представленная суду копия отличается по содержанию от постановления, предъявленного мне Буниным С. А., а также от оригинала документа, находящегося в материалах уголовного дела Следственного управления ФСБ.
После приобщения мною доказательств существования постановления с указанием ч. 1 ст. 56 УК Бунин С. А. обратился в суд с ходатайством о замене ошибочно вручённой копии постановления (Приложение 7).
В указанном ходатайстве Бунин С. А. признал факт существования и вручения мне постановления с указанием ч. 1 ст. 56 УК, объяснив указанное расхождение технической ошибкой (Приложение 7).
При этом УПК не предусматривает порядка исправления квалификации преступления в уже вынесенном постановлении о возбуждении уголовного дела посредством изготовления новой копии. Постановление об отмене первоначального процессуального решения либо иной документ, позволяющий установить правовое основание, дату и содержание произведённых изменений, Буниным С. А. представлен не был (Приложения 7, 12).
Кроме того, первоначально Бунин С. А. представил в административное дело № 2265 материал уголовного дела, датированный 21.08.2026 (Приложение 8).
В дальнейшем Бунин С. А. обратился с ходатайством о признании первоначально представленного документа утратившим юридическую силу и представил аналогичный материал уголовного дела с изменённой датой - 21.09.2026 (Приложения 9, 10).
Следовательно, Буниным С. А. последовательно представлялись различные версии процессуальных документов, отличающиеся указанием статьи УК и датой их составления (Приложения 1, 6–10).
Представление суду исправленных версий документов до раскрытия стороной административного истца содержания оригинального постановления, последующее признание существования различающихся экземпляров и отсутствие процессуального решения об исправлении документов дают основания полагать, что изменённые копии могли быть представлены с целью сокрытия нарушений, допущенных при возбуждении и производстве уголовного дела.
Представление суду копии, содержание которой не соответствует оригиналу процессуального документа, препятствует объективной судебной проверке законности действий должностного лица, ограничивает мою возможность защищать свои права и даёт основания проверить действия Бунина С. А. на наличие признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 51 УК. Указанные действия также подлежат оценке на наличие признаков ч. 1 ст. 56 УК.
В оригинале постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 21.09.2026, составленном в 01 час 19 минут и находящемся в материалах уголовного дела Следственного управления ФСБ, в п. 1 постановляющей части указано о возбуждении уголовного дела в отношении меня по факту совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 56 УК (Приложение 1).
Согласно ч. 1 ст. 56 УК уголовная ответственность наступает за неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло причинение ущерба либо нарушение охраняемых законом прав и интересов.
При этом в постановлении Бунина С. А. не указано, неисполнение или ненадлежащем образом исполнение какой должностной обязанности было совершено мною, в чём выразилось моё недобросовестное или небрежное отношение к службе, какой предусмотренный ч. 1 ст. 56 УК ущерб был причинён и какая причинная связь существует между предполагаемым ненадлежащим исполнением обязанности и наступившими последствиями. В постановлении указано лишь утверждение о совершении мною действия, якобы выходящего за пределы должностных полномочий, и ссылку на признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 51 УК.
Таким образом, постановляющая часть документа не соответствует его описательной и мотивировочной частям, а в самом постановлении отсутствуют данные, указывающие на наличие в моих действиях признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 56 УК.
Согласно ч. 2 ст. 48 УПК основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления. В соответствии с ч. 1 ст. 52 УПК руководитель следственного органа обязан проверить сообщение о преступлении. На основании ч. 3 ст. 6 УПК постановления руководителя следственного органа должны быть законными, обоснованными и мотивированными.
Кроме того, п. 4 ч. 4 ст. 54 УПК обязывает указывать в постановлении пункт, часть и статью УК, на основании которых возбуждается уголовное дело.
Следовательно, до принятия процессуального решения Бунин С. А. был обязан проверить наличие всех признаков предполагаемого преступления, правильно определить квалификацию деяния и вынести законное, обоснованное и мотивированное постановление. Указанные обязанности Буниным С. А. надлежащим образом исполнены не были.
Несмотря на отсутствие в постановлении сведений о признаках халатности, Бунин С. А. возбудил в отношении меня уголовное дело по ч. 1 ст. 56 УК, вследствие чего я приобрёл процессуальный статус в виде подозреваемого.
В дальнейшем уголовное дело было переквалифицировано в дисциплинарное делопроизводство. Решением Бунина С. А. от 21.09.2026 уголовное преследование было прекращено, уголовное дело закрыто, а в отношении меня применено дисциплинарное взыскание по ст. 4.1 ОУГ в виде одного письменного выговора с занесением в личное дело (Приложение 2). В указанном решении Бунин С. А. также указал, что дисциплинарное производство осуществлялось «по факту смягчения наказания за совершённое преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 51 УК».
Указанная формулировка фактически утверждает совершение мною преступления, несмотря на отсутствие вступившего в законную силу обвинительного приговора суда, что противоречит ч. 1 ст. 10 УПК.
После применения дисциплинарного взыскания я лично обратился к Бунину С. А. у здания УФСБ и потребовал предоставить возможность ознакомиться со всеми документами и материалами производства, непосредственно затрагивающими мои права и свободы (Приложение 3).
Бунин С. А. разъяснил причину взыскания и предъявил на экране служебного КПК исключительно постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 21.09.2026 (Приложения 1, 3).
С материалом, послужившим поводом для возбуждения уголовного дела, приложенными доказательствами, иными документами и итоговым решением по уголовному и дисциплинарному производству Бунин С. А. меня не ознакомил (Приложение 3).
На момент моего обращения уголовное преследование уже было прекращено, уголовное дело закрыто, предварительное следствие окончено и итоговое решение о применении дисциплинарного взыскания принято (Приложение 2).
Согласно ч. 2 ст. 14 Конституции органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом.
Запрошенные документы непосредственно затрагивали мои права и законные интересы, поскольку послужили основанием для возбуждения в отношении меня уголовного дела, осуществления уголовного преследования и применения письменного выговора с занесением в личное дело (Приложения 1, 2, 4).
Применение письменного выговора повлекло ухудшение моего служебного положения и уменьшение размера получаемой мною почасовой заработной платы (Приложения 4, 5).
В соответствии со ст. 21 УК неправомерный отказ должностного лица в предоставлении собранных в установленном порядке документов и материалов, непосредственно затрагивающих права и свободы гражданина, а равно предоставление неполной либо заведомо ложной информации, если указанные действия причинили вред правам и законным интересам гражданина, образует состав уголовного преступления.
Таким образом, предъявление только одного документа при наличии прямого требования об ознакомлении со всеми материалами производства даёт основания полагать, что Буниным С. А. мне была предоставлена неполная информация, непосредственно затрагивающая мои права и законные интересы.
В предъявленном мне постановлении о возбуждении уголовного дела в п. 1 постановляющей части указана ч. 1 ст. 56 УК (Приложения 1, 3).
Однако в материалы административного дела № 2265 Бунин С. А. представил копию постановления с теми же датой, временем, местом составления и иными реквизитами, но с указанием в п. 1 постановляющей части ч. 1 ст. 51 УК (Приложение 6).
Таким образом, представленная суду копия отличается по содержанию от постановления, предъявленного мне Буниным С. А., а также от оригинала документа, находящегося в материалах уголовного дела Следственного управления ФСБ.
После приобщения мною доказательств существования постановления с указанием ч. 1 ст. 56 УК Бунин С. А. обратился в суд с ходатайством о замене ошибочно вручённой копии постановления (Приложение 7).
В указанном ходатайстве Бунин С. А. признал факт существования и вручения мне постановления с указанием ч. 1 ст. 56 УК, объяснив указанное расхождение технической ошибкой (Приложение 7).
При этом УПК не предусматривает порядка исправления квалификации преступления в уже вынесенном постановлении о возбуждении уголовного дела посредством изготовления новой копии. Постановление об отмене первоначального процессуального решения либо иной документ, позволяющий установить правовое основание, дату и содержание произведённых изменений, Буниным С. А. представлен не был (Приложения 7, 12).
Кроме того, первоначально Бунин С. А. представил в административное дело № 2265 материал уголовного дела, датированный 21.08.2026 (Приложение 8).
В дальнейшем Бунин С. А. обратился с ходатайством о признании первоначально представленного документа утратившим юридическую силу и представил аналогичный материал уголовного дела с изменённой датой - 21.09.2026 (Приложения 9, 10).
Следовательно, Буниным С. А. последовательно представлялись различные версии процессуальных документов, отличающиеся указанием статьи УК и датой их составления (Приложения 1, 6–10).
Представление суду исправленных версий документов до раскрытия стороной административного истца содержания оригинального постановления, последующее признание существования различающихся экземпляров и отсутствие процессуального решения об исправлении документов дают основания полагать, что изменённые копии могли быть представлены с целью сокрытия нарушений, допущенных при возбуждении и производстве уголовного дела.
Представление суду копии, содержание которой не соответствует оригиналу процессуального документа, препятствует объективной судебной проверке законности действий должностного лица, ограничивает мою возможность защищать свои права и даёт основания проверить действия Бунина С. А. на наличие признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 51 УК. Указанные действия также подлежат оценке на наличие признаков ч. 1 ст. 56 УК.
Не является формой сбора, хранения или обработки персональных данных. Указанные сведения касаются только внутриигрового пространства, никак не связаны с реальной жизнью и не имеют юридической силы. Оставляя любые сообщения в этой теме или разделе, Вы подтверждаете, что размещаете их в публичном пространстве добровольно и информировано.
